Валерий РУМЯНЦЕВ. ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПРЕМИИ В РОЛИ БИЖУТЕРИИ. «Русский Букер» – 2017 и не только

Автор: Валерий РУМЯНЦЕВ | Рубрика: КРИТИКА | Просмотров: 134 | Дата: 2018-01-11 | Комментариев: 1

 

Валерий РУМЯНЦЕВ 

ЛИТЕРАТУРНЫЕ ПРЕМИИ В РОЛИ БИЖУТЕРИИ

«Русский Букер» – 2017 и не только

 

Недавно сообщили, что премию «Русский Букер» за 2017 год получила Александра Николаенко за роман «Убить Бобрыкина. История одного убийства». И я подумал: неужели в куче написанных сегодня романов самое интересное – это убийство? Или, может быть, в современной России именно убийство есть основное содержание бытия? Ни служение Родине, ни любовь, ни дружба, ни… А именно убийство?

 Я уже как-то читал книгу, отмеченную «Русским Букером»: в 2010 году Елена Колядина стала лауреатом с романом «Цветочный крест». Впечатление осталось жуткое: смесь графомании с робкой порнографией. Одним словом, – «афедрон». По-моему, автор не понимает, что временный союз с пошлостью оборачивается постоянной капитуляцией перед ней.

 Если уж «Русский Букер» считается одной из главных в России литературных премий, то, по логике, в жюри должны входить лучшие мастера художественного слова. Интересно, а есть ли в жюри поэты? – подумал я. Всё-таки поэты лучше чувствуют «вкус» художественного слова. Оказалось, что есть: поэт и критик из Петербурга Алексей Пурин, который работает заведующим отделом поэзии и по совместительству заведующим отделом критики литературно-художественного журнала «Звезда».

 Прежде чем читать, скорее всего, длиннющий роман про убийство, решил познакомиться со стихами Алексея Пурина. Если стихи хороши, то и оценщик романа вряд ли «промахнётся». Прочитал в интернете два десятка стихотворений – не зацепило. Ну как может вызвать восторг, например, стихотворение «Мероприятие»?

Офицерские сборы… Такой перегар

утром в актовый зал невозможно войти.

Всё никак не начнут. Десять сорок. Кошмар!

Для чего приказали прибыть к девяти?

Кто бы пива принёс?.. Поминутно майор

забегает какой-то, «сейчас, – говорит, –

начинаем…». Ещё полчаса. В коридор,

осмелев, покурить выползаем. Горит,

раздирает!.. Намылились, кто понаглей,

озираясь, с вещами уже выходить…

Вдруг обратно всех гонят. «Полковник Палей

вам сейчас доведёт…». Ничего доводить

он не может. Он тоже на сборы в Москву

только что улетел… И опять беготня.

Наконец на пятнадцать минут: «бу-бу-бу…»

Записали? Адью!.. И как не было дня.

 

 Что тут сказать? Литературных высот можно достичь только в глубине мысли или чувства. А тут мыслями и чувствами и не пахнет. Видимо, Пурин считает, что поэзия – это та же проза, но только оформленная в столбик и периодически «сдобренная» ритмом и рифмами. Скорее всего, поэтому его и взяли в жюри, которое должно давать оценку прозаическим произведениям. И как тут не вспомнить Грибоедова: «А судьи кто?».

 Если оценку в «Русском Букере» дают такие, как Алексей Пурин, то я пока не буду читать роман Александры Николаенко.

 Да ещё «масла в огонь» подливает литературный критик Сергей Морозов, который в своей статье «И всё-таки её нет» пишет: «…премировать текстовый продукт, который обычно попадает в шорт-листы, вряд ли представляется возможным. Он элементарно нечитабелен, то есть по сути своей не предполагает существование читателя».

 И всё-таки, для чего нужны литературные премии? Писатель Юрий Буйда прямо и откровенно ответил на этот вопрос: «Любому писателю приятно получать премии… Для нас литературные премии – это в первую очередь материальная помощь». Короче, там, где премии, там суета вокруг «мани-мани».

 Газета «Частный корреспондент» поставила перед литературными критиками вопрос «Насколько литературные премии отражают литературный процесс?» и получила ответы.

Сергей Беляков: «Отражают, но не вполне адекватно. Часто финалистами и даже лауреатами становятся откровенно слабые писатели».

Владимир Новиков: «Каков процесс, таковы и отражения. Аксиологический хаос, творческая отсталость литературы и практическое отсутствие содержательной философско-эстетической рефлексии в критике и в литературной прессе».

Ольга Новикова: «…уж очень редко имена премированных авторов совпадают с результатом отбора, которое производит время».

 Другие литературные критики высказались примерно в этом же ключе. Ознакомление с «поэзией» всевозможных лауреатов в «ведущем» литературно-художественном журнале «Знамя» подтверждает выводы процитированных выше литературных критиков. Давайте почитаем вместе.

 Андрей Поляков – лауреат премии «Москва-транзит», премии Андрея Белого, «Русской премии», премии имени Андрея Вознесенского «Парабола» (№1 за 2018 г.).

КРАСНЫЙ ОРФЕЙ

… как будто солнце утонуло

багровым зеркалом в реке

а тень Орфея головой качнула –

головой-луной в своей руке

И вдруг запела голова

голосом советского поэта

чтобы иными звёздами стали слова

в ослепительной мгле интернета.

 

 Это уже из серии «Остапа понесло». Так и хочется посоветовать Андрею Полякову: за собой надо присматривать. Читаем следующее стихотворение:

… интересный телесный скелет

девятнадцати прожитых лет

комсомолки в косынке военной

в позе лотоса антивоенной

ты заметил в Музее во сне

через зал прогремев на коне

как буддийский будённый какой-то –

вспоминай-то об этом порой-то!

 

То, что не выдерживает никакой критики, стремится стать эталоном. Можно писать всё, что угодно, если, конечно, вас не читают.

Дмитрий Веденяпин – лауреат престижных литературных премий (о каких премиях идёт речь, редакция стыдливо умалчивает), (№12 за 2017 г.).

Вера тут не в то да сё,

А конкретно в то, что это

Наше, в смысле, наше всё,

И надежды больше нету.

Перспектива не ясна.

Но когда беспечной птичкой

Расщебечется весна,

Я надеюсь по привычке.

Зарокочут соловьи,

Встанет ночь в дверном проёме.

Никого не будет в доме,

Кроме правды и любви.

 

Неоднократное лауреатство Дмитрия Веденяпина редакция журнала попыталась преподнести читателям как охранную грамоту, но, в данном случае, охранная грамота оказалась филькиной. Подобные «стихи» лишь подтверждают слова митрополита Калужского и Боровского Климента: «…нам сегодня не хватает Пушкиных и Достоевских. Не хватает писателей, за которыми пошёл бы народ и стал созидать Русь Святую, которые учили бы добру, любви, верности».

 Максим Матковский, лауреат премий «Активация Слова», «Дебют» и «Русской премии» (№12 за 2017 г.).

Я приехал в Москву,

а ты меня не встретила,

тогда я спустился в метро,

и пошёл, и поехал, и поднялся,

и спустился, и спросил, и переспросил,

и приехал, но не туда, и вернулся,

но не туда, подземная Азия,

и какие-то люди в одеждах конца восьмидесятых,

и футбольные фанаты, и падлы, и падлы, и падлы.

много сволочей!

куда там мне надо было?

то ли на Достоевскую, то ли на Павелецкую,

я купил карту в ларьке и на карту посмотрел:

а там, ох, ох, ох!

 

 Духовная пища всё чаще встречается полуфабрикатом. Даже когда читаешь этот «шедевр» второй раз – всё равно смешно. А потом – очень грустно.

 Василий Бородин – лауреат премий Андрея Белого и «Белла» (№7 за 2017 г.).

Приснились только что задворки

какого-то ларька в стене:

ночь, снег, и все едят похлёбку –

собаки, люди, и ко мне

собака тычется в карманы,

а корма нету, только чай.

Я говорю ей без обмана,

как человеку: «видишь: чай»,

трясу у уха красной пачкой,

а рядом женщина молчит.

Летает пар, и дым горчит.

 

Толпы графоманов рвутся к славе. Они и не подозревают, что настоящая слава – это когда узнают в профиль.

 Интересно, а какие стихи пишет зав. отделом поэзии «Знамени» Ольга Ермолаева, которая «рулит» поэзией в журнале аж с 1978 года? Прочитал в интернете десяток её стихотворений – и удивился: очень даже неплохие стихи.

 Ознакомился также с отзывом о ней поэта Юрия Беликова, где есть такие слова: «Ермолаева же за время служения русской поэзии не опубликовала в «Знамени» ни одного своего стихотворения». Это, безусловно, вызывает уважение. А может быть, ей просто стыдно публиковаться рядом с графоманами, причём самой низкой пробы? Но почему такой отбор тестов? А может быть, Ольга Ермолаева и не решает, кого и что печатать в журнале? Вопросов много, и, прежде всего, к руководителю журнала Сергею Чупринину.

 Бывший главный редактор «Литературной газеты» Юрий Поляков как-то прямо сказал: «Знаете, с чем, за редким исключением, во многом связан кризис нынешних журналов? С тем, что при советской власти журналами руководили крупные писатели. И даже очень крупные: Твардовский, Наровчатов, Катаев, Полевой… Сейчас же даже такими серьёзными журналами, как «Новый мир» или «Знамя», руководят люди малоизвестные и непонятно что сделавшие в литературе».

 Есть вопросы и к тем, кто определяет, кому давать ту или иную литературную премию. Вспоминается когда-то прочитанная фраза: «Каждый получает то, что заслуживает, по мнению того, кто на раздаче». Видимо, поэтому пальма первенства быстро сохнет. У нас в стране более шестидесяти литературных премий. А где шедевры? Вот уж действительно, больше всего наград раздаётся после мнимых побед.

 В 2007 году в «Новых известиях» вышла статья Евгения Евтушенко «Веничка Ерофеев из Самары», в которой выдающийся поэт восторгается творчеством Михаила Анищенко: «Наконец-то пришёл долгожданный большой русский поэт – лучший подарок читателям поэзии за последние лет тридцать, если не больше…»

 А за последние тридцать лет жизни Михаил Всеволодович Анищенко не получил ни одной литературной премии.

 Чудны дела твои, господи!