Валерий СКРИПКО. ПОЗДНЕЕ ПРОЗРЕНИЕ. К 100-летию Октябрьской революции

Автор: Валерий СКРИПКО | Рубрика: ПОЛЕМИКА | Просмотров: 485 | Дата: 2017-05-22 | Комментариев: 8

 

Валерий СКРИПКО

ПОЗДНЕЕ ПРОЗРЕНИЕ

К 100-летию Октябрьской революции

 

90-е разбойничьи годы журнал «Огонёк» встретил торжествующим победителем с блестящей полиграфией на прекрасной бумажной основе… Как яркая обёртка – она скрывала мерзкую суть содержимого: любой ценой обвалить социализм… и «лечь « Под Запад»!

В 2017 году – журнал «Огонёк» это нечто, похожее на помесь захудалой районной газеты и регионального небогатого еженедельника. Издание на очень тонкой бумаге, которая хорошо мнётся…

(Прошу не считать это рекламой туалетной бумаги.)

В 2017-м огоньковские либералы взвыли… сказки не получилось! Они себе и нам двадцать пять лет внушали, что политические свободы и рыночная система хозяйствования позволит нам войти в число самых развитых стран мира.

В 2017-м журналисты выносят на обложку «Огонька» (№ 3) такие размышлизмы:

«Трудом Россию не поднять. Заставить русского человека трудиться эффективно пытались в разные эпохи, но рецепта так и не нашли. Не получается и сегодня. Производительность у нас такая же, как при социализме. Почему?».

Это они прикидываются, что ничего не знали… На самом деле, ничего знать не хотели и слышать ничего не желали. Очень капитализма жаждали… для себя любимых, избранных… И «эффективно трудиться» подчинённое себе большинство пытались именно «заставить» силой… без должного стимулирования… Ну какая тут зарплата рабочим, когда самим не хватает?..

«Санчо с американского ранчо» – нанимал работников за еду и лёгкую одежду – и это было очень выгодно. Жили работники круглый год в летних хижинах. У нас такой номер не пройдёт. Русскому работнику – долгие зимние месяцы надо жить в тёплом доме. Кроме покупки еды, ему нужны деньги на дрова, на тёплую одежду.

В американских штатах (а почти все они – по широте южнее Сочи) для возведения жилых домов используется дешёвая фанера с тонким слоем утеплителя. У нас не обойтись без дорогих строительных материалов.

А ещё надо стоить котельные и обогревать фермы, иметь тёплые конюшни, корм для скота на зиму и прочее, прочее... Какая тут может быть к чёрту рентабельность? В России необходимо строить огромное количество инженерных сооружений, связанных с климатом, вынужденно применять дорогостоящие материалы для строительства. Всё это поднимает и поднимает цену конечного продукта. И с такой себестоимостью товаров – мы собираемся конкурировать на мировых рынках? Первый губернатор Иркутской области Ножиков как-то приехал на север области. Там есть ГЭС на мерзлоте, мужики роют золото, а женщинам работать негде. Требуют от губернатора решить этот вопрос. А он и отвечает: задумали мы создать у вас швейную фабрику, подсчитали – изделия на выходе будут стоить в четыре раза больше, чем товар, который предлагают южные регионы. Где вы будете сбывать свою продукцию?

Вот такие перспективы!

Ещё в восемнадцатом веке француженка де Сталь, путешествуя по России, заметила, что на производство необходимого количества продуктов у русских крестьян уходит намного больше усилий, чем у крестьян во Франции. Никто из наших умников-публицистов, учёных, политиков никак на это не отреагировал…

Они были заняты одним безнадёжным делом: мечтали о свободе и демократии, которые уже принесли успех вечнозелёной Франции, крошечной Голландии, принесут когда-нибудь процветание и большой России.

В наше время учёные (например, Андрей Фурсов) открытым текстом стали говорить, что в северной стране с тяжёлым климатом можно производить только очень немного валового национального продукта. И поэтому его (этот злосчастный продукт) присваивает только небольшой слой самых, самых (мягко говоря)… активных… Поэтому в России веками сложились очень непростые отношения между классами и слоями общества. Социальное противостояние приобретало жестокие формы, которым никак не удавалась придать более мягкий, цивилизованный характер.

Но я ни разу не встречал вывода, который, казалось бы, сам собой напрашивается при анализе подобного положения дел в стране. А вывод таков: единственное средство порвать этот порочный круг в России – это ввести у нас коллективный образ жизни, коллективную форму хозяйствования в той или иной форме!

В самом деле – легко налаживать быт на берегу Средиземного моря. Несколько лет назад археологи откопали Помпею, засыпанную пеплом Везувия, и обнаружили, что жители этого города в первом веке нашей эры, независимо от общественного положения, питались примерно одинаково хорошо. Изобилие продуктов позволяло это!

На наших северных широтах образ жизни должен быть совершенно иной! Образно говоря, нельзя строить отдельную фазенду в тундре, а ранчо на двоих – в дикой степи. Там позволяют выжить коллективные формы существования.

Ещё во времена Сергия Радонежского некоторые нацменьшинства в отличие от русских, селились в приволжских степях не отдельными домами вдоль улицы, а одним загороженным общим двором – в котором было пять-шесть домов, где проживали ближние и дальние родственники.

Кажется, совсем недавно (в начале двадцатого века) проводились у нас реформы Столыпина. Либералы тщательно скрывают некоторые печальные итоги этих реформ в российской деревне. Из крестьянской общины выделилось только четверть хозяйств. От 70 до 90 % вышедших из общины крестьян сохранили связи с ней, основную массу составляли трудовые хозяйства общинников.

Какое процветающее «ранчо» единоличника возможно там, где надо выживать всем миром, вместе строить дороги, осушать болота, рубить леса для строительства мостов? В библиотеках РФ можно прочитать хорошо выполненные копии книг, изданных в 1860-1890 годы, где описаны эти общие работы в глубинке Российской империи. На них собирали работников со множества деревень. Сколько денежных средств и физических сил отнимала эта борьба за выживание!

В 2017 году авторы «Огонька» вдруг обнаружили, что и вправду нам всем что-то мешает стать благополучной «вечнозелёной южной страной» с красивыми фазендами, то есть усадьбами, окружёнными пастбищами и садами на десятки миль вокруг.

И это не смотря надо то, что по числу отработанных часов в год Россия сегодня в числе мировых лидеров. Россияне работают аж 1978 часов в год. А жители Германии – 1371 час, загорелые труженики Франции – 1482 часа. Надо было слушать госпожу де Сталь, которая в 18-м веке говорила ровно то же самое, что сообщает в наши дни профессор Александр Щербаков. Мы работаем намного больше благополучных стран! А имеем намного меньше валового национального продукта.

Авторы «Огонька» только сейчас обнаружили, что производительность труда у нас сейчас такая же, как во времена Советского Союза. Тогда при своих возможностях мы достигли максимума. Сие есть исторический факт. Только такая форма существования на нашей земле жизнеспособна.

С 1991 года по 2012 год (во многом, на советском потенциале и западных кредитах) мы повысили производительность труда на треть, в то время как Китай – в 7 раз. Вот что значит иметь в руках государства нити управления тарифами на электроэнергию и сырьё, не вывозить, а вкладывать капиталы в свою страну.

«Огонёк» – эту истину никогда не признает! Он растерян! От отчаяния он призывает капиталистов нынешней России «вкладываться» в обновление основных фондов, в новые технологии, в долговременные проекты. Только это позволит нам поднять производительность труда и двигаться вперёд!

Кого он зовёт, к чему призывает? Наш ущербный капитализм живёт только сегодняшним днём!

Наш «Санчо с ранчо» играет в красивую западную жизнь при самых неблагоприятных условиях, тратя на эту «игру» всё, что заработал сам, и всё, что не доплатил своим работникам.

Не будет он терпеливо, благородно создавать что-то длительное, долговременное… на годы, на десятилетия. Инвестиции, новые технологии и тому подобное… Он уже растолкал своих детей по заграницам. Он уже всем нам не попутчик! Сранчо он – на всех остальных, неустроенных Санчо!

Так дело не пойдёт! Наверно, ко многим методам социализма нашему народу всё же придётся возвращаться. Уже слышны грозные шаги жареного петуха, готового прицелиться и клюнуть… куда надо!